Тяжесть венца - Страница 168


К оглавлению

168

– Дэвид, следуй за мной!

Когда они уже вошли в замок, Тирелл заставил себя остановиться, чтобы подождать отставшего Дэвида. У мальчика было бледное, искаженное ужасом лицо. Таким не следовало вести его к королеве. Тирелл шагнул к нему, прижав к груди.

– Спокойно, мой мальчик, я ведь сказал тебе, что все это скоро минет. Сейчас ты должен думать лишь о предстоящей встрече. Сегодня у тебя великий день – ты вновь обретаешь мать…

Голос его вдруг стал срываться. Дэвид поднял к нему лицо и увидел, что этот непонятный человек плачет.

– Сэр Джеймс?..

Тирелл выпрямился, резко вскинув голову.

– Идем!

Переходы Вудстока были темными и пустынными. Их шаги гулко отдавались под каменными сводами. Миновав несколько коридоров, они оказались в большом зале. У открытого окна одиноко стояла женщина в темном платье. Врывавшийся в окно ветер развевал ее длинное покрывало. Она не обернулась на звук шагов, и, лишь когда Джеймс подошел совсем близко и положил руку ей на плечо, она оглянулась.

– Леди Дебора!

Она залилась слезами и сквозь рыдания проговорила:

– Она все время была будто не в себе, и я волновалась за нее. Ведь если бы у короля возникла хоть тень подозрения!..

– Это король? – тихо произнес Тирелл.

– О нет-нет, она сама сделала это! Тебе не следовало покидать ее, Джеймс… Боже мой, неужели ты ничего не знал! Неужели она ничего не сказала тебе? Она ждала от тебя ребенка!

По его лицу прошла судорога. Он попытался что-то сказать, но не смог. Лишь похожий на стон и рычание звук вырвался из его груди.

Дебора продолжала:

– Она ничего не говорила мне о том, что задумала. Она все таила в себе. Я же надеялась, что она, как всегда, найдет выход. Анна Невиль всегда была такой сильной… А она… Святый Боже! Дева Мария! Если бы она сказала хотя бы слово! Я и подумать не могла, что она на такое решилась!

И сквозь слезы Дебора поведала ему, что Анна два дня назад вдруг пожелала поохотиться с ястребом. Дебора обрадовалась, приняв это за добрый знак, попросила Несфильда не посылать с ее величеством лишних стражников, чтобы королева могла как следует насладиться охотой. С ней отправился лишь Оливер. Их не было очень долго, а затем вернулся один Оливер. Он был страшно взволнован, спросил, не появлялась ли королева в замке, и признался, что потерял ее в лесу. Как? Она послала его искать в кустах упавшего с дичью ястреба, а когда он возвратился, ее не было на месте. Он не стал особенно волноваться, решив, что Анне просто захотелось побыть одной, уселся под вязом и стал ждать. Но когда прошло больше часа, он забеспокоился, принялся искать ее, звать. Потом, когда уже начало темнеть, не на шутку испугавшись, он кинулся в Вудсток за подмогой. Люди с факелами искали ее по всему лесу, пока кто-то не увидел ее, бледную как привидение, медленно идущей им навстречу. Она ничего не объясняла, лишь попросила доставить ее в замок.

Дебора не сразу поняла, что произошло. Анна была невероятно бледной, подавленной и никого не желала видеть. Лишь ночью баронесса услышала, как она призывно звонит в колокольчик, а когда прибежала, королева вдруг со страшным спокойствием сказала, что упросила ведьму Ульрику вытравить ей плод. И теперь у нее открылось сильное кровотечение.

– О сэр Джеймс! Почему вы не поспешили!.. Вы один могли остановить ее.

– Я ездил за головой Джона Дайтона, – словно во сне, проговорил Тирелл. – И я не мог ехать быстрее из-за мальчика… Господи, я ведь привез Анне ее сына!

У Деборы вспыхнуло в глазах изумление, сменившееся страхом. У Тирелла было окаменевшее лицо, и она решила, что он, наверное, помешался. Лишь увидев сидевшего в дальнем конце зала притихшего подростка, она растерялась, а когда тот приблизился, слабо вскрикнула, прикрыв рукой рот.

– О Пресвятая Дева! О небесные ангелы и святые угодники! Этого не может быть!

– Это Дэвид Майсгрейв, – кладя руку на плечо мальчика, сказал Тирелл. – Он не погиб. Дайтон все это время прятал его в своем замке.

Лицо Деборы было все еще залито слезами, но она улыбнулась.

– Господи Иисусе! Как похож!.. Надо немедленно отвести его к королеве. – Она просияла, но уже в следующий миг закусила губы и, закрыв ладонями лицо, стала раскачиваться из стороны в сторону.

В это время на лестнице, ведущей в зал, послышались медленные шаги, мелькнул отблеск света. С факелом в руке, сгорбившись, медленно вошел Оливер. Он казался очень старым, двигался тяжело, пошатываясь и задевая своим крюком за стены.

– Тирелл? Ты здесь… – без интонации проговорил он.

Вставив факел в подставку в стене, он отвернулся и стоял, ни на кого не глядя. В этот момент к нему подошел Дэвид.

– Оливер? Оливер Симел? Я помню тебя. Ты из Нейуорта.

Рыцарь медленно поднял голову. Посмотрел на мальчика пустыми глазами. Потом взгляд его остановился на сверкающей ладанке у него на груди. Зрачки его чуть расширились. По лицу пробежала тень.

– Дэвид? – Он перекрестился крюком. – Ты пришел за душой своей матери?

Но внезапно он грубо выругался, схватил мальчика здоровой рукой за плечо и повернул к свету.

– Клянусь раем и адом!.. Да ведь это же юный лорд Майсгрейв!

Он взлохматил ему волосы, судорожно обнял, а затем вновь стал жадно рассматривать.

– Силы небесные! Как такое может быть?

Дэвид начал было рассказывать, но в это время по лестнице спустился исповедовавший королеву монах.

– Ступайте к ней. Ее величество хочет проститься.

Анна, опустив веки, лежала на взбитых подушках. В комнате царил мрак, но возле ее постели на высокой треноге горела свеча, и создавалось впечатление, будто королеву окружает мягкое золотистое сияние. Ее лицо было призрачно-бледным, по темным волосам при колебании пламени свечи пробегали тени и казалось, что они шевелятся, словно живые. От длинных ресниц на щеки веером ложились темные тени. Анна медленно открыла глаза. Они не блестели, но были огромными. Оливер первым приблизился к стоявшему на возвышении ложу. Губы Анны тронула улыбка.

168